Загадка озера Лобнор, разгаданная Пржевальским

С глубокой древности через страну «Лоб» пролегал караванный путь из Восточного Туркестана в Китай. В ХIII веке этим путем шёл Марко Поло, описавший «пустыню Лоп», пески и долины, горы; об озере Лобнор указаний не было.

Но это озеро было описано в старинных китайских источниках. В последующие века Туркестан с Китаем связали новые пути, а дорога через Лобнор была забыта.

Николай Пржевальский во время первого центральноазиатского путешествия узнал от монголов о Лобноре и о том, что там бродят дикие верблюды. И появилась у него мечта пройти в страну, недоступную со времён Марко Поло, и убедиться, существует это озеро Лобнор или его вообще нет, – разгадать загадку Лобнора!

Свою мечту путешественник осуществлял во время второго центральноазиатского путешествия (1876–1877). 4 ноября 1876 года экспедиция из города Курля выступила в направлении к Лобнору. Преодолев ряд трудностей, дошли до Лобнорской пустыни, самой дикой и бесплодной из всех, которые путешественники проходили до сих пор.

И вот перед ними Тарим, по берегам его разбросаны одиночные деревеньки. Путешественники зашли в одну из них. Николай Михайлович спросил: «Далеко ли до Лобнора?» Старшина ответил: «Я Лобнор». Оказывается, Лобнором здесь называли не только озеро, а всю территорию, к нему прилегающую, и людей, её населяющих.

Путешественники прошли вниз по Тариму более двухсот километров и 9 декабря переправились через реку. Во время переправы лодка, в которой был Пржевальский, ударилась о плывущее бревно и перевернулась. Николай Михайлович оказался в воде – в зимней тяжёлой одежде, с сумкой за спиной, с патронташем за поясом и двумя ружьями. Но он благополучно доплыл до берега, а в дневнике записал: «Конечно, не особенно приятно попасть в воду в декабре, но зато я первый купался в Тариме».

Погоня за верблюдом

Это путешествие было богато открытиями: найдена неизвестная европейцам до того времени река Черчен-Дарья, а под 39-м градусом северной широты – там, где на картах того времени была обозначена равнина, – перед Пржевальским встал отвесной стеной над пустыней Лобнора хребет, отделяющий её от Тибета; о нём знали только местные жители, называвшие его Алтын-тагом, путешественники исследовали его 40 дней.

В горном ущелье, на высоте трех километров, Пржевальский встретил редкое животное – дикого верблюда. Путешественник гнался за верблюдом на лошади километров двадцать, но безрезультатно. «Так и ушёл от нас редчайший зверь», – с сожалением записал в дневнике Пржевальский. Однако четыре шкуры диких верблюдов Пржевальский купил у местных охотников для коллекции.

И наконец Пржевальский отправляется на озеро Лобнор. Но сначала экспедиция добралась до озера Карабуран, оно мелководное и образуется рекой Тарим; по ней путешественники спустились к таинственному, неведомому для европейцев озеру Лобнор. Февраль и март отряд проводил исследования.

«Озеро сужается и теряется в тростниках»

Озеро представляет собой обширное тростниковое болото. Длина его 90–100 километров, ширина – 20, глубина небольшая. Вода в нём пресная: озеро образовано рекой Тарим и является проточным.

Пржевальский на лодке объехал озеро и сделал его съёмку, побывал во всех деревнях и произвёл астрономическое определение главных пунктов, исследовал Тарим; у западного края озера река постепенно сужается и теряется в тростниках. Здесь заканчивается долгий путь Тарима по пустыне. «Здесь пустыня, – говорит Пржевальский, – окончательно преграждает Тариму дальнейший путь к востоку. Борьба оканчивается: пустыня одолела реку, смерть победила жизнь. Но перед своей кончиной бессильный уже Тарим образует разливом своих вод обширное тростниковое болото» – Лобнор!

Пржевальский установил, что Лобнор находится южнее, чем это показано на китайских картах. Николай Михайлович тогда ещё не знал, что результаты его исследований вызовут бурную полемику.

Николай Михайлович, как всегда, изучал быт местных жителей, их называют каракурчинцами. На Лобноре проживали 70 семей. Их жилища – это квадратная загородка из тростника, на земле постелен тростник, крыша из тростника, стены, потолок – всё сделано из тростника. В этой местности произрастает много кендыря, он похож на коноплю. Из его волокна делают пряжу, из которой ткут ткань для одежды и рыболовные сети. Их пища – это рыба. Её отваривают в воде, эту воду пьют как чай.

Пржевальский сочувствует ужасному положению каракурчинцев. Они вечно борются с нуждой, голодом, холодом, поэтому и характер у них угрюмый.

Оно или не оно?

Экспедиция закончилась, и 23 мая 1878 года Пржевальский прибыл в Петербург. По поводу его экспедиционной деятельности и сделанных открытий выступил председатель Берлинского географического общества – барон, путешественник, географ Рихтгофен. Он издал брошюру, в которой восторженно отзывался о географических подвигах Пржевальского на Лобноре: «Определение действительного положения Лобнора всегда возбуждало интерес географов, и Пржевальский с бесстрашием, отличающим гениального путешественника, становит разрешение географической цели своего путешествия, которое принадлежит к самым выдающимся экспедициям нашего времени».

Рихтгофен, называя Пржевальского гениальным исследователем, восхищался его широкими и многосторонними наблюдениями, которые мало кому под силу.

Съёмка течения нижнего Тарима и Лобнора, сделанная Пржевальским, совершенно изменила прежнее представление о Лобноре. В китайской гидрографии указывают на то, что исторический Лобнор должен быть в другом месте, а не там, где нашёл его Пржевальский; по китайским данным, в Лобноре солёная вода, а не пресная.

«Вопреки теоретическим соображениям и историческим известиям мы узнали от первого европейца, посетившего Лобнор и отличающегося редкой наблюдательностью, что это озеро пресное, а не солёное, – пишет Рихтгофен. – Пржевальский, видимо, описал под названием Лобнора другое озеро, истинный же Лобнор должен лежать севернее... Возможно, Тарим изменил направление своего течения, в результате чего небольшой рукав течёт в сторону древнего водоёма, а основная масса прорвалась на юг и образовала озера Карабуран и Чанкуль. Впрочем, эти соображения не доказаны и требуют исследования на месте».

А китайские картографы были не правы...

На возражения Рихтгофена Пржевальский ответил небольшой заметкой «Несколько слов по поводу замечаний барона Рихтгофена на статью «От Кульджи за Тянь-Шань и на Лоб-нор». В заметке Пржевальский выражал сомнение в правильности китайских карт. Население не знало о северном озере и употребляло названия не Тарим, а Яркенд-Дарья, не Лобнор, а Чан-Дарья. Что касается пресной воды в Лобноре, он писал, что озеро проточное и поэтому вода пресная, а ушедшая в солончаки и болота вода становится солёной.

Профессор Э.М. Мурзаев о загадке Лобнора пишет: «Это озеро необычное, это мелкое озеро – болото, а вокруг него пески, на них реки легко меняют свои протоки; одни русла заносятся песком, другие возникают где-то рядом, там, куда течёт главный поток, в плоских низинах образуется новое озеро, а то озеро, в которое вода из реки не поступает, высыхает. Так и с Лобнором: на китайских картах оно в северной части впадины Лобнора, но затем главные потоки устремляются на юг и – исчезло древнее озеро Лобнор, на его месте остались солончаки; но возникло новое озеро на юге, которое и описал Пржевальский, уверенный, что это и есть Лобнор. Пржевальский был прав. В настоящее время считают, что одной из существенных причин изменения контуров Лобнора, его перемещения является миграция главного русла полноводной Конче-Дарьи».

Это подтвердил и П.К. Козлов. Во время экспедиции в Центральную Азию он видел сухое древнее русло Конче-Дарьи.

В период четвертой Центральноазиатской экспедиции (1883–1885) Николай Михайлович вновь провёл исследования нижнего Тарима и Лобнора и ещё раз убедился в своей правоте: исследованное им озеро – Лобнор!

ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ СПРАВКА

Оно было как Арал, и здесь взрывали ядерные бомбы.

Лоб-Нор (уйг. Лопнур) – большая группа бессточных озёр, поросших тростником, и солёных болот на западе Китая, в юго-восточной части Кашгарской (Таримской) равнины, на высоте около 780 метров выше уровня моря. Некогда являлся крупным солёным озером, как и Аральское море.

В 1964 году на Лобноре были проведены первые в Китае ядерные испытания, кодовое имя проекта «596». С 1964 года озеро использовалось в качестве ядерного полигона.

В 1964 году было произведено первое в Китае испытание водородной бомбы – ядерное испытание № 6; взрыв в воздухе бомбы, спущенной с самолёта, проводился на Лобнор-ском полигоне.

До 1996 года на полигоне было проведено 45 ядерных испытаний.


Нелли Кравклис, Смоленская газета, 02.12.2012

Карта маршурута [2149x1960].